[NSM]

Гыррн начинает здесь.

Когда обоз добрался до вершины холма, Гыррн в душе обрадовался, увидев недалеко от дороги очертания шахты, про которую рассказывал Бехин. Это означало, что до самого Энмери оставалось порядка десяти километров, и терпеть этот жуткий ливень оставалось недолго. Обоз был крытым, но за день дождь успел насквозь промочить всё. Даже тянущееся время, казалось, было каким-то сырым.

Они выехали из Огделы ранним утром, когда многие деревенские ещё спали, и ехали весь день, делая только необходимые остановки, но несмотря на это короткий зимний день уже давно успел смениться сумерками. На своих двоих Гыррн вполне сумел бы покрыть расстояние до Энмери за полдня, но скорость гнолльего следопыта не сравнить со скоростью большого крестьянского обоза, едущего в город на закупку.

Дождь безо всякого ветра, идущий уже пятый день, прибивал к земле почти все запахи, заполняя воздух прохладной январской свежестью. Равномерный шум дождя убаюкал двух людей и гнома, сидевших в обозе рядом с Гыррном и кутавшихся в толстые плащи. Однако гнолль смотрел на вещи в несколько ином свете и потому бодрствовал. Если бы он решил устроить засаду, он бы устроил её именно сейчас. Обнадёживало то, что здесь его сородичи появлялись редко, да и грабить пока было нечего.
– Гыррн, видишь шахту? Скоро приедем, – Бехин, сидевший на вожжах, обернулся к гноллю. – Хорошо идём... я думал, дороги совсем развезёт.
За то время, которое Гыррн общался с жителями Огделы, он успел привыкнуть, что они почти ничего не видели после захода солнца.

Некоторое время спустя они подъехали к границе города. Развернулась неизбежная сцена объяснений со стражником. Было похоже, что они с Бехином были знакомы. Они долго спорили, можно ли пускать в город гнолля, но когда к спору подключились все остальные пассажиры обоза, стражник сдался под их натиском, немного успокоенный живописными рассказами о том, какой Гыррн умный, добрый и хороший.
– Только учтите: за своего питомца отвечаете головами, – сказал человек. – И как можно раньше сообщите начальнику стражи, хорошо?
Домиры ответили энергичными кивками и заверениями, что всё будет хорошо. Обоз поехал дальше.

Вообще, городом Энмери можно было назвать лишь с большой натяжкой. Крохотный городок существовал засчёт шахты, где добывались драгоценные металлы. Бехин рассказывал, что севернее по течению реки, которую огдельцы называли Скельд, золото даже как-то вымывали прямо из речной воды. Крупные дороги, по которым ехал обоз, были выложены камнем, но окраины Энмери почти ничем не отличались от его теперь уже родной деревни, разве что здесь было меньше деревянных построек и больше каменных.

Попетляв по улицам Энмери, обоз выехал на маленькую площадь и остановился перед внушительным двухэтажным зданием. В темноте сложно было оценить его размеры, на которые намекали лишь масляные фонари, развешанные кое-где по каменным стенам здания. Ливень удивительным образом скрадывал детали в непривычной для гнолля городской обстановке.

Бехин попросил Гыррна посидеть какое-то время в обозе и никуда не уходить. Деревенские слезли и быстро зашагали в сторону здания, вскоре скрывшись за дверями. Минут десять спустя Бехин вернулся и повёл обоз за угол здания, во двор. Затем он распряг лошадей и сказал подбежавшему парню, чтобы тот отвёл их в конюшню и хорошенько позаботился о них. Даже дождь не смог заглушить орочий запах, исходивший от конюха, хотя Гыррн и в темноте прекрасно видел, что этому домиру не повезло только с одним родителем. Вторым был, очевидно, человек.
– Хорошо, Гыррн, посиди ещё совсем чуть-чуть, – гнолль услышал усталый, но бодрый голос Бехина. – Мы сейчас договоримся, где укрыть тебя на ночь, а завтра с утра ты наконец увидишь, что такое большой городской рынок!

Человек слез с обоза и скрылся за дверью. Со стороны двора тоже можно было войти внутрь здания, но дверь была не такой большой.

Гыррну ничего не ставалось, кроме как ждать.

По прошествии примерно получаса он понял, что зимний холод потихоньку пробирается под шерсть. Конечно, гноллю не хотелось подводить Бехина, но всё-таки замёрзнуть ему не хотелось больше.

[Гыррн]

Войдя в заполненную ароматами пищи комнату Гыррн ничуть не ошибся в своих прогнозах, действительно это был трапезный зал, за столами которого ели и выпивали люди и нелюди; и видимо это было в порядке вещей, ибо на следопыта с самого начала мало кто обращал внимания. "Куда же они запропастились, были же здесь, и вот демоны их забери, ни следа, ни запаха", - подумал про себя гнолль пригнув уши и внимательно рассматривая посетителей поверх голов, благо его огромный рост без проблем позволял это делать. Но сколько он не всматривался, никого из знакомых огдельцев среди клиентов заведения не обнаружил. "Не к добру это," - вновь подумалось ему, "Где же деревенские, или это такая ловкая человеческая шутиха?" Раздумывая он продолжал обводить сидящих неторопливым взглядом. Чуть позже приметили его самого, и гул постепенно стал затихать, а где сытые, где полупьяные взгляды стали обращаться к нему сверля глазами в которых сквозило то удивление, то боязнь... а где и откровенное нахальство...

Заставший Гыррна врасплох, сидевший ближе к нему человек практически остановил гнолля, который было решил сбросить с себя оковы внимания всех посетителей, пройдя к стойке и обратившись с вопросами к тавернщику. Гыррн по опыту догадался что это именно тот человек к которому стоит обратиться если у тебя появились какие-то вопросы. Валдас, содержатель огдельского постоялого дворика "Пастушья чарка" запомнился рейнджеру своими рассказами и байками которыми потчевал тех немногочисленных посетителей Огделы, в основном пилигримов и искателей руды, которые забредали в деревушку, и он был первым человеком которому задавали сотни вопросов, начиная с пустых по сути, заканчивая глобальными распросами.

Поначалу Гыррн не обратил внимание на сказанное, но потом одернув себя от своих мыслей и воспоминаний осознал, что обращаются именно к нему. Смысл слов был для него если не оскорбительным, то определенно забавным. Видимо до Энмери не докатились рейды гнолльих кланов с Гарр-Унгорр, раз этот человек столь дерзко пялится на него и приравнивает к домашним коровам и свиньям. Гыррн ощерился и блеснув глазами, как заправский менестрель на высказанное "что же ты принес с собой" расправил складки плаща из под которого вынырнула рукоять длинного меча болтавшегося в ножнах. Уперев лапы в бока, он пару секунд изучал незнакомца наклоняя голову то влево, то вправо, а затем прочищая горло (со стороны казалось что гнолль просто ворчит) обратился к сидящему:

- Да, домиры доставили сюда пару животных, - Гыррн снова неприятно ощерился, - но кроме тех которые о четырех копытах и уминающих сено в конюшне я не слыхал. Путаешь ты, человече... Но я был бы благодарен если бы ты поведал мне куда направились мои спутники, - рейнджер сделал небольшую паузу наклоняя голову к незнакомцу, и с тихим рычанием произнес, - я говорю о Бехине и остальных огдельцах... Никто их не видел? Задав вопрос, Гыррн обвел глазами зал от одного конца до другого, останавливая взгляд на трактирщике, после чего скрестил лапы на груди и выжидательно посмотрел на спросившего его...

Сообщение отредактировано: Гыррн - 24 Ноя 2009, 00:04