11 участок: Земли лорда ТаджараДеревня Агамма (в 5-ти километрах вниз по реке)Семья Агаммарских молочников 
скрытый текст
Жизнь в деревне всегда была какой-то успокаивающей... Особенно для нее... Рожденная в большой семье, в маленькой деревушке Агамма, близ большого города, Эма с самого детства полюбила эти тихие края и беззаботную жизнь... Росшая пацанкой, девочка то и дело отлынивала от работы, которая заключалась в том, чтобы пасти коров да доить их поутру и вечером. Она часто дралась, даже научилась ругаться и иногда пила и покуривала. Но это счастье длилось совсем не долго. Когда Эмире исполнилось 13 - умерла ее матушка Адэйга и род молочников Агаммы остался без «большой няни», как ее называли пятеро братьев и шестеро сестер Эммы. Хмурый и суровый отец Дэйк, поначалу долго пил, а потом, поняв, что не может справиться с такой толпой детей, половину повыдавал насильно замуж, да женил, а остальных рассовал по монастырям, да храмам. При нем остались лишь сыновья, да их жены, на плечи которых легло тяжкое бремя молочников. Каждое утро собирать всех коров со всей деревни, гнать на поля, доить, отдавая часть молока хозяевам, а часть забирать себе за то, что следили за коровами, за то, что лечили их в случае болезней и за то, что возили молоко в город, продавали там, а потом покупали нужные товары для деревенских... Маленькая, но боевая Эма попала в монастырь, что находился в нескольких днях пути на юг от города Валана, столицы земель лорда Таджара. Очень славного и всеми любимого лорда. Не менее славного, но менее любимого, чем император Солэи. Страны, в которой родилась Эмира, в которой родилась и жила всю жизнь.
Прошло много лет послушничества в маленьком и забытом всеми монастыре для женщин. Каждое утро Эма занималась тем, что молилась единственному и вездесущему богу Дэйнару. Доброму, справедливому и в то же время строгому и жесткому, когда дело касалось чего-то скверного. Затем вязала, вышивала, ткала ковры для продажи. Деньги шли на покупку продуктов и содержание обители.
Когда же старой деве исполнилось двадцать, монастырь решил вернуть ее в деревню. На самом деле, девушка прекрасно понимала, что в монастыре появилось слишком много молодых послушниц и всем просто не хватало еды. Да и нельзя сказать, что Эма была прямо таки рьяной послушницей. С жрическими благословениями ей не везло и когда одни девушки уже могли во всю использовать дарованную силу Дэйнара, она не могла ничего.
Итак, вернувшаяся в деревню, Эмира ощущала себя словно выброшенной никчемной вещицей, которой семь лет назад не нашлось места дома, а затем не нашлось места и в монастыре.
Дело отца росло и процветало, хотя и было все таким же маленьким. Целых три коровы были собственностью Дэйка, за которыми следили три жены троих сыновей. Еще двое братьев Эммы уехали в город и порвали с отцом всякие контакты. Старшие сестры, а точнее две из шестерых, жили здесь же в деревне, еще три уехали к мужьям в другие деревни, а одна умерла три года назад во время родов. Вдовец уехал вместе с детьми к своим дальним родственникам куда-то очень-очень далеко. Однако, в большом доме было не так уж и пустынно. Новая жена отца Эмы, молоденькая тридцатилетняя Джил, подарила своему мужу уже троих детей: две девочки Киру и Тису, а так же маленького Кайла, которому еще не исполнилось и года.
Возвращение для девушки было сродни падению вниз. Похожим было и настроение. Пустая жизнь, пустое существование. Что ей делать, как жить. Никакой цели... никаких перспектив. Слишком старая для замужества, слишком... монашка...
Утро ударило солнечными зайчиками в глаза, а вместе с ним в сознание ворвались смех и визг. Кто-то толкнул Эму в бок и та приоткрыла один глаз. Рядом мелькнула юбка Джил:
- Вставай - слегка сухо и грубовато сказала она - Коров пора идти забирать. Мэлли так тебя затемно и не дождалась. Если завтра опять проспишь – останешься без еды. Надеюсь, в монастыре за своими челобитьями ты не забыла как работать.
В маленькой комнатушке, где спала Эма было жутко душно, не смотря на то, что бесстекольные глазницы окон пропускали достаточное количество свежего воздуха....
...
Девушка поднялась с жесткой кушетки, которую поставили вчера, когда она приехала вечером, специально для нее. Большую часть мебели за ненадобностью давно продали, а потому помещения в большей своей степени казались голыми и чересчур серыми. На единственном в комнате стуле, висела одежда Эмы. Нижняя сорочка, просторное ситцевое платье в синий горошек, башмаки, да косынка. Одевшись, девушка вышла в общую комнату. На обеденном столе остались лишь крошки, да два куска хлеба. Джил мыла посуду в тазу, игнорируя появление золовки как факт.
...
До него от деревни было километров пять, может быть поболее. Сегодня график у Эмиры был насыщенный. Ей нужно было пойти к Кире, шестилетней девченке, которая вместе с двоюродным братом Вайсаном, который был и двоюродным братом Эмире, и проторчать там где-то до полудня. Затем подоить коров и уже вместе с Вайсаном отнести молоко обратно домой. После чего вместе с дядей Хайнаром отправиться в грод на рынок. Продавать молоко...
...
Идти пришлось довольно не долго. Девушка и в монастыре по началу частенько вызывалась ходить доить коров, но потом это дело ей надоело, да и ее перепоручили на другие работы по монастырю. Так что длительные прогулки были для нее не вновь и к полю, где виднелись пасущиеся коровы, Эмира добралась в бодром настроении. Вот еслиб еще и поесть....
Отыскав глазами, знакомые две фигурки Киры и Вайсана, Эма направилась к ним. Девочка с конопушчатым лицом и так сильно похожая на свою маму, весело помахала Эмире рукой. А Ваймс даже приподнялся.
- Привет, Эми - весело сказал он.
Еслиб Ваймс не был ее старшим двоюродным братцем, а Эмире было бы лет эдак на три-четыре поменьше, она бы навеняка пускала бы по нему слюнки, как и большая часть деревенских девченок. Ваймсу было столько же сколько и Эме и вся женская составляющая ее рода уже во всю искала ему выгодную барышню, но парень видимо хотел подольше задержаться в холостяках и обеспечил себе молву бабника, напрочь отбил желание у родителей потенциальных невест, выдавать свои чада за этого развратника.
- Есть хочешь? - девочка приподняла узелок - Готова спорить на кейне, что мама тебе ничего не оставила.
...
Девочка свернула остатки пищи, оставив себе немного сыра и хлеба и принялась жевать. Дожевав, она тоже подхватила ведро и пошла к одной из коров.
Время за дойдкой пролетело незаметно, несколько раз Эма с Ваймсом возвращалась в деревню, неся на коромысле ведра с молоком, закутанные тряпицами, чтоб не падали мошки, да не проливалось сильно. Когда же была окончена последня ходка, отец Ваймса, уже запряг телегу, аккуратно сгрузив туда огромные кувшины с молоком. Отдельно лежали глиняные пустые кувшины, которые лепили тетя Тайси и дядя Райно. Они были из рода гончарщиков. Другое семейство. Довольно крупное в деревне, как и ее собственное.
16 Мар 2008, 14:51 · 
