[Toshka]

Вомак перешел из темы "В поисках самих себя" - улицы Правобережного квартала

Открыв дверь, Вомак оказался в небольшом помещении, которым обычно отделяют жилую часть дома от улицы. Здесь было две двери, одна полуоткрытая и видимо ведшая в большой и шумный зал, а вторая поменьше и запертая. Между дверьми находилось широкое окошко за которым на стульчике сидела бабулька-эльвринка и вязала что-то на спицах.

Подняв свой суставший и отрешенный взгляд, на Вомака, она со вздохом потянулась к чему-то под стойкой и вытянув табличку с деланым грохотом поставила ее на столеницу. На табличке большими буквами было написано: "Мест НЕТ, только общие комнаты. Цена за ночь 8 мм."

Вомак:

- Здравствуй, матушка, - почтительно поздоровался Вомак и вдруг неудержимо зевнул, прикрыв рот широкой ладонью. - Извини. Устал.
И следопыт улыбнулся.
- Найдется ли у вас одна пустая комната? Без жильцов? Мне со товарищами бы устроиться на ночь без посторонних...наша благодарность будет достаточно щедрой.

[Toshka]

Вомак:

Последний кусок пути был просто ужасен. В голове шумело, в глазах было темно, слабость затопляла тело. Вомак не шел, а практически повисал на своем посохе, используя его как костыль. Левая рука была прижата к ране, которая снова открылась. Дыхание с хрипом вырывалось изо рта, кожа горела от температуры, а тело трясло от холода. Когда же наконец в лицо пахнуло теплом, принесшим запах свежего хлеба, горячего глитвейна и похлебки Вомак решил что начался бред. Но перед мутным взором предстала "Дырка в небе", качающаяся как пьяный матрос. Голова Вомака бессильно свесилась. Хотелось отдыха.
Может он сам, а может кто помог, но ключ, лежавший в его сумке, открыл таки дверь и следопыт ввалился в комнату. Добрел до чьего-то матраса и с невольно вырвавшимся стоном повалился на него, когда ноги подкосились. Посох со стуком упал. Темнота навалилась внезапно, как удар мягким молотом по голове часового. Сознание уплыло.

Барин:

Барин шел по улицам Сгоедара упрямо переставляя ноги и стараясь не свалиться в позорный обморок. Впереди маячила спина Вомака, которого шатало не меньше чем самого дварфа. Иногда хотелось помочь ему идти, но потом в памяти всплывали слова парня про кузнеца и появлялось желание отобрать у того посох и врезать по дурной голове. Барин очень надеялся, что Вомак знает куда идти, так как сам он абсолютно не представлял где находится гостиница.

Добравшись наконец до места, Барин с облегчением зашел внутрь и обернулся к девушкам:
- Тари, где наша комната? Мне нужно перевязаться, переодеться и выпить вина. Причем много и горячего. - и обращаясь уже ко всем дварф проговорил. - у меня осталось немного серебра. Все кто в силах - спускайтесь в залу, поедим, попьем, поговорим.
Отдав рюкзак владелице дварф попытался улыбнуться и немного пошатываясь двинулся вслед за Тари к их комнате.
- Тари, солнышко, ты не знаешь там есть вода? Мне нужно кровь смыть. Перевязочные пакты у меня в рюкзаке есть, да и драконовка найдется, а вот воды нет совсем.

Лана:

Лана зашла в комнату вслед за остальными, стараясь сильно не хромать.
- Спасибо - тихо произнесла бардесса, отдавая накидку владелице. На что-либо большее просто не оставалось сил.
На вопрос раненого дварфа бардесса лишь вяло махнула рукой, мол вон там.
Обломки любимого инструмента эльврина бережно вытащила изх разорванного чехла и положила в уголок сушится. Глядя на торчащие в разные стороны обрывки струн, Лана лишь горестно вздохнула.
- Тари, Тола - медленно и с трудом проговорила бардесса, кажется она сильно прикусила язык - Вы хоть выглядидте не так страшно, соберите денег и сходите в общий зал, заплатите за эту ночь и завтрашний день. И спросите трактирщика, не появлялись ли наши. Когда я последний раз видела Тиберия, он был жив.
Эльврина села прямо на пол рядом со своим рюкзаком:
- Я сейчас, всё хорошо... - начала она было она и вдруг замолчала и расплакалась.

ДМ:

- Я проводу Барина - кивнула Нис Тари и ловко подхватив дварфа по руку, она начала помогать ему перебираться в другое ответвление гостиницы, где они сняли комнату на троих. Остальные же завалились в просторное и пустынное помещение. Матрацы были аккуратно скручены и составлены в уголочке. Было видно, что за время отсутсвия здесь прибирали. За матрасы надо кстати сказать в очередной раз уплочено не было. А вот Вомак заплатил за комнату еще на сутки, так что до рассвета волноваться было не о чем.

В небольшой комнатке ютились три застланные кровати. Возле небольшого окошка с закрытыми ставнями, стоял стол на котором в блюдечке лежала незажженная свеча. Небольшой комод, рассчитанный на трех постояльцев и три сундука, для различных вещей под кроватями.

Тари:

Тари вымученно кивнула бардессе и, окинув их комнату взглядом, словно она не поняла куда попала, вышла в коридор и пошла в ту сторону, откуда они только что пришли, т.е. ко входу в гостиницу, к смотровому окошку, намереваясь последовать совету эльврины и оплатить две комнаты на следующий день. Она подошла к окошку и пытаясь не смотря на усталость быть вежливой сказала:
-Здравствуйте. Помните, мы с еще одной девушкой сегодня брали трехместный номер до завтрашнего утра? Мы хотели оплатить его еще на один день. И еще общая комната, в которой была эта девушка. Ее у вас парень брал, тоже до утра завтрашнего. Так вот, он сам щас не может подойти, но тоже просил оплатить еще на один день. Сколько я вам должна за обе комнаты??? - девушка сама плохо что поняла в своей сумбурной речи, но она надеялась что старушка окажется более сообразительной и все поймет, поэтому молча ожидала ее реакции.

ДМ:

Старушка отложив в сторону свое вязание кивнула:
- Помню, помню...
нос старушенции уткнулся в книгу, азатем она сообщила:
- Ваш знакомый, как вы сказали, уплатил всего лишь 8 серебряных, что является ровно половиной всей суммы за всю общую комнату. У меня тут отмечено, что остальную сумму он оплотит позже, а вещи являлись залогом того, что если он не оплотит, то они останутся у нас. Так что...
Старушка достала счеты и быстро пощелкав сообщила.
- Сегодня у нас 20-тое число. За номер 5-О было уплочено до завтрашнего рассвета ровно половина. Следовтельно.. до 22-го рассвета вам нужно уплатить за номер 8+16... итого 24 серебряных. За номер 3 было уплочено до 21-го рассвета, следовательно до 22-го рассвета еще 6 серебряных. Помимо этого как я понимаю шесть матрацев и одеял так же остаются в номере 5-О до 22-го числа, следовательно еще 24 медных... Подводим итог 32 серебряных и еще 4 медных.

Тари:

Тари мысленно попыталась подсчитать деньги, которые у нее были, но она так устала, что не смогла бы наверное даже сложить 2 и 2. Поэтому не долго думая девушка выложила требуемую сумму - 32 серебрянных монеты, затем порылась в кошельке и выудила еще 4 медяка.
-Спасибо. - сказала она старушке, улыбнувшись и потащилась в свою комнату. Девушка зашла в комнату и села на кровать. Делать ей сейчас абсолютно ничего не хотелось.
-Барин, - обратилась она к другу, - уборная по моему в конце нашего левого крыла. Так что нам повезло, это достаточно близко, правда если там нет очереди. Обе комнаты я оплатила на завтра, так что об этом не стоит беспокоиться. - девушка промолчала, зная что не стоит говорить БАрину о том, что денег она потратила неимоверно, и поиздержалась очень сильно....Как можно говоритть об этом раненому другу? Затем уже продолжила более мягко:
-Тебе чем-нибудь помочь?

Барин:

Барин прошел в комнату, по пути отбиваясь от помощи Нис. Вернее он пытался отбиваться. Последние силы дварфа ушли на разговор в холе и на снятие рюкзака. Переставляя ноги уже точно на чистом упрямстве и держась за девушку дварф доковылял до комнаты, окинул ее сумрачным взором, углядел свой рюкзак и прошел к нему. Стараясь не делать резких движений он открыл рюкзак и несколько минут пытался достать оттуда перевязочный пакет. Убедившись в бесперспективности подобного занятия Барин отшагнул назад, сбросил плащ и куртку прямо на пол, смог отстегнуть оружие и уложить его на свою кровать и повернулся на скрип двери.
Углядев вошедшую Тари он попытался ей улыбнуться, в каком-то тумане прослушал ее слова и слабо кивнув в ответ, как подрубленное дерево, рухнул на пол.

Лана:

Успокоившись, Лана поднялась и показала Толе на лежащего в забытье Вомака
- Посиди с ним, хорошо? Если ему станет хуже, зови меня, я скоро вернусь.
И Эльврина медленно потащилась смывать с себя грязь и кровь прошедшей ночи, прихватив с собой флягу - видимо набрать чистой воды их колодца во дворе.
- Запри за мной дверь на ключ - обернулась Лана уже с порога комнаты.

Эльврина вернулась скоро: бледная, словно только что с Арельной пообщалась, и мокрая с ног до головы. Да к тому же ещё и в мокрой одежде, которую она кажется отстирала как могла.
Флягу с водой Лана прислонила к рюкзаку, а сама склонилась над спящим следопытом (Тошка, как он?) и покачала головой:
- Ему сейчас могут помочь только магия и укрепляющий настой - устало произнесла бардесса - пусть спит, сон сейчас лучшее лекарство для него. Надо его чем-то укрыть иначе он простынет.
Метнувшись к своему рюкзаку эльврина зарылась в него с головой:
- Тола, пожалуйста сними с него куртку и сапоги - продолжила Лана, копаясь в рюкзаке - я придумала.
И пока воительница снимала с Вомака верхнюю одежду, Лана вытащила из своего помятого рюкзака палатку.
- Так ему будет теплее - Лана завернула в ипровизированное одеяло бесчувственного товарища и подложила ему под голову куртку.
Укутав следопыта, эльврина со стоном поднялась на ноги и поправила дервянный обруч, отводя от лица мокрые пряди волос. Перехваченная поясом, отстиранная рубаха липла к к телу.
- У меня даже плаща не осталось - пожаловалась Лана и прислонилась к стенке комнаты, кажется ей было нелегко - пошли к Тари, посмотрим как там наш дварф. - усталым голосом предложила эльврина Толе.

Тари:

Тари кинулась к дварфу моментально. Наверное это была самая быстрая ее реакция. Что поделаешь, дороже этого человека у нее не было и возможно уже не будет никогда...Одежду верхнюю он с себя скинул, поэтому оставалось только сбросить с него сапоги и стеганую броню...нужно уложить его на кровать....почему-то пришла мысль. Конечно чистое белье больше не будет чистым, но Барин не успел пойти в уборную, а девушка дотащить его туда не могла. Нис находилась в какой-то прострации и вообще похоже слабо понимала что происходит. Тари и сама устала так, особенно после боя и переноски трупов в одиночестве, что сейчас хотелось упасть прямо на пол рядом с дварфом и ничего не делать. Но она не могла себе этого позволить. пока не убедиться что с ним все в порядке. сняв с дварфа броню, девушка принялась стаскивать с него сапоги, с ужасом представляя как она затем будет перетаскивать тяжеленного друга на кровать. Надеясь лишь что Нис все-таки придет в себя и поможет ей. Еще нужно было его укрыть чем-то. Хотя одеяла вроде там на кровати есть, и довольно теплые. Есть еще ее накидка, и накидка дварфа. хоть и мокрые. но можно подсушить. В крайнем случаи они отдаст ему еще и свое одеяло.
-Эй, Нис найди пожалуйста перевязочные пакеты. - крикнула Тари стоявшей в ступоре девушке, но затем махнула на нее рукой и стала сама копаться в вещах дварфа. Через некоторое время девушка нашла перевязочный пакет и драконовку. "Позвать кого-нибудь на помощь? Перевязать самой?" - мысли метались с бешеной скоростью. В конце концов девушка решила положиться на свои силы и подошла к раненному другу. Она сняла рубашку и присев на колени попыталась вспомнить все, что знала об оказании первой помощи. Для начала надо было остановить кровь хотя бы старой повязкой, что девушка и попыталась сделать с радостью наблюдая как кровь перестает сочиться из ран. Затем намочив платок, найденный опять же в вещах барина и смочив его в драконовке, девушка протерла раны, для дезинфекции. Хотя девушка с ужасом представляла как должны они были гореть под действием спирта, но ничего другого не оставалось. Затем Тари наложила тугую повязку. Это было все на что она была способна... Девушка привалилась к стене, а затем сползла по ней вниз и почувствовала что и сама сейчас потеряет сознание от слабости, этот день выдался очень тяжелым. А ведь Барина еще нужно было перенести на кровать...

Тола:

Добравшись до гостиницы, Тола уже балдела в предвкушении отдыха, но, разумеется, пока что ей пришлось удовлетвориться тем, что наконец-то стало тепло. Потому что все кому не лень считали своим долгом погнать бессловесную телохранительницу непонятно куда непонятно зачем. Сначала она, честно прихватив все свои сбережения (кошелек и пояс, и даже плату за день, бывший залог – надоело разыгрывать никому не нужные спектакли), направилась в общий зал, чтобы, по приказу Ланы, оплатить проживание в гостинице и расспросить об остальных членах команды. Но Тари хватило и своих денег, чтобы заплатить за обе комнаты, и Тола, убежденная честность которой никак не мешала ненавязчивой сквалыжности, решила не вмешиваться. Разумеется, некоторые угрызения совести у нее возникли, но они не только не заставили ее вернуть долги, но даже помешали выполнить второе поручение – спросить хозяина гостиницы о Тиберии и остальных. Впрочем, потом, уже на пороге комнаты вспомнив, что у нее были еще дела в общем зале, Тола подумала, что, пожалуй, всё равно не смогла бы внятно сформулировать вопрос. А пока она придумывала, как объяснить это Лане, та уже ушла, оставив ее с Боссом.
Босс. Закрыв дверь, Тола пододвинула валяющийся на полу посох Вомака поближе к хозяину и села рядом, поджав ноги, вид у нее был такой скорбный, будто дела обстояли еще хуже, чем они обстояли на самом деле. Босс. Человек, ради которого она сделала бы всё, но не сделает ничего, потому что ничего она не может. Ну, разве что сидеть рядом и прислушиваться к его дыханию. Бесполезная, бесполезная…
Вернулась Лана и сказала, что делать. О боги, почему она, Тола, ничего не может сделать без чьего-то приказа? Разве она сама не могла додуматься снять с Вомака сапоги и укрыть его чем-нибудь? Значит, не могла. Тяжело без мозгов, как говорил… ну, какая разница, кто это говорил? Главное, что так оно и есть.
Оставлять Босса не очень хотелось, но, услышав слова Ланы, Тола выпрямилась и кивнула. К Тари так к Тари. Во-первых, именно Тари и Барин сегодня спасли ситуацию. А во-вторых, надо было все-таки разобраться с исчезновением Тиберия.
— Я так и не спросила хозяина гостиницы, видел ли он… ну, остальных, — сказала Тола неуверенно, выйдя с бардессой в коридор. — Просто не знала, как говорить. Я ведь им никто. Только помню, как они выглядят. Но я сейчас пойду и спрошу, как только, ну, когда убедимся, что Барин в порядке, — она вопросительно посмотрела на Лану. — Ладно?

Лана:

Лана опустила голову, чтобы Тола не видела её взгляда.
- Пожалуйста, помоги мне дойти комнаты Тари - сдавленным голосом произнесла бардесса - я должна посмотреть как там Барин. Лана почти повисла на рослой Толе, кажется ей действительно было плохо.

Тола:

- Конечно, - сказала Тола, с готовностью подставляя плечо. - Хотя, если вам трудно, я могу сама сходить и посмотреть, как там у них дела. Ну, от меня, конечно, пользы мало, но вам-то тоже надо отдохнуть... А у кого лечилки остались? У Тари?

ДМ:

Тари зря решила, что Нис ничего не будет делать. Девушка, разместившаяся на стуле возле стола наблюдала настороженно за действиями Барина и когда тот упал, она уже вместе с Тари была рядом с ним и всячески помагала девушке в перебинтовывании двух довольно серьезных ран. Пришлось израсходовать два пакета. Ну а после, она помогла девушке стащить с бАрина мокрую и грязную одежду, отереть его сухим полотенцем, найденном в комомде (кстати там еще два есть) и уложив на кровать, укутать всеми нашедшимися одеялами и покрывалами. Впрочем, жара у Барина не было и озноба тоже. Его дыхание, слегка прерывистое постепенно выровнялось - он спал.

После этого в дверь постучали - это Тола дотащила уже практически на себе Лану, которая осоловелыми от боли глазами уставилась на спящего дварфа и отдыхающих девушек. Здесь вроде все было более менее нормально.
Девушка с огромным трудом дотащилась при помощ все той же Толы до колонки, где умылась и сходила сама в туалет, после чего Толе пришлось ту уже нести обратно на себе в номер. Лана отрубилась окончательно. Ее рана опухла и слегка даже начала кровоточить, но когда Тола положила Лану на матрац, в скором времени кровотечение само прекратилось.