[Ремизов]

Вводная для группы "Семь футов неприятностей"

Итак, ваши приключения начались с того, что некая нелегкая судьба занесла вас в город Креж. На самом деле, самым вероятным способом попасть в Креж было прибытие водным путем, ибо Креж являлся главным перевалочным пунктом на пути из Кавида в королевство Лаом и, по сути, единственным настоящим морским портом на южном морском пути. Часто суда, заходящие в Креж не шли дальше на север, предпочитая поворачивать на запад, в Тавию, и многие грузы, отсюда шли уже сухопутным путем или же дожидались других судов, каботажничавших вдоль всего лаомского бережья Тавийского моря. Подобно грузам, и пассажирам, желающим добраться до более обжитых территорий Лаома, зачастую приходилось сходить в этом порту, чтобы дождаться другого корабля или же попытать счастья в поиске каравана, идущего на восток, через горный хребет в Ласку или в Лессагу. Поскольку путешествие в одиночку и мелкими группами было очень опасно в этих краях.
В подобную "ловушку" попали многие, кто не успел в осенний сезон покинуть Креж до наступления холодов. Когда северная часть побережья Лаома почти полностью замерзла, ждать из тех краев судов стало делом утопическим. Штормовая погода, длительность морского перехода, и ледяные глыбы, то и дело отходившие от прибрежного ледяного шельфа делали каботажную навигацию до крайности сложным делом. Поэтому, когда в город прибыл известный купец Понтий Вязь, и объявил о сборе большого каравана на восток, весь сравнительно небольшой Креж загудел, как растревоженный пчелиный улей. Понтий в короткое время скупил по бросовым ценам оставшиеся в порту товары, которые уже ждали отправки в Лаом больше месяца и которые местные купцы уже отчаялись продать. За одно, известный купец собрал для охраны каравана отряд наемников, а так же просто путешественников, которым нужно было попасть в Лессагу, ведь из этого города было рукой подать до королевского баронства.
Среди этих путешественников оказались и все без исключения наши приключенцы.
Путешествие началось 1 января, как и было назначено. Караван из восьми больших телег, каждая из которых была запряжена двумя мулами довольно резво двинулся по горной тропе-серпантину. Телеги сопровождали несколько всадников, которые призваны были разведывать путь и предупреждать об опасности нападения. Дорога действительно местами была очень сложной - снежные наносы и осыпи прятали и ухудшали тропу, а горные ветра создавали определенные трудности даже видавшим виды сильным волам, которые покорно тащили груженные людьми и товаром телеги. Но похоже, у Понтия был очень хороший проводник, так как караван нисколько не простаивал, а легко выбирал дорогу среди горных склонов. На вторые сутки похода, карван был на подходе к перевалу Усть-Хара. Это был единственный путь, доступный для телег на многие километры вокруг. Подходы к перевалу были трудными, проводник Понтия Вязя сначала пытался завести караван с юго-запада, но разведчики уперлись в отвесный склон, образованный недавно сошедшим с гор селем. Караван пришлось повернуть и сделать приличный крюк, чтобы выйти на дрогу к Усть-Хара с северо-запада. Здесь тропа была очень крутой и всем без исключения, в том числе приключенцам, пришлось помогать мулам затаскивать свои телеги на обледеневшие камни очередного уступа. Наконец, к вечеру 2го января, каравану удалось выйти к началу ущелья Усть-Хара.
Здесь, на ровной площадке в начале узкого прохода среди отвесных скал, высотой в метров 30, Понтий и устроил первый привал на ночь, расставив телеги двумя квадратами по четыре и согнав всех мулов в одну сторону. Надо сказать, что телеги были достаточно надежным оборонительным сооружением - они имели высокие борты (в рост человека) и в бортах имелись узкие бойницы для стрельбы. Крыты телеги были толстой дубленой кожей, которую пробьет еще не всякая стрела и не сразу возьмет огонь. Поэтому, собравшиеся возле костра, разведенного внутри одного из квадратов, образованных телегами, приключенцы чувствовали себя в достаточной безопасности и тепле. В телегах было достаточно сена, чтобы можно было устроиться ночевать недалеко от костра, или в самой телеге, хотя там и было холоднее. Сам Понтий со своими друзьями и проводниками коротал ночь в другом квадрате из телег, так что кроме приключенцев возле их костра были только погонщики их телег и изредка подходили дозорные или сменяющиеся с дежурства наемники. Перевал гудел и свистел ветром в скалах, костер шипел влажными дровами, изредка доносились окрики дозорных и вой ночных шакалов. В остальном, все было спокойно. Пока.

[Фэриде Алтхар]

Девушка посмотрела на протянутую руку человека, на которой было написано "Зод" и некоторое время пофтыкала, пытаясь сообразить, что же это значит, а когда незнакомец так ничего и не сказал, она спохватилась, сообразив наконец-то и улыбаясь, протянула ладошку в варешке, повторив еще раз:
- Оччччень приятно. А тебя звать Зод да? Ты немой? - девушка слегка склонила голову, вопросительно глядя на парня и попутно умудряясь кивать Шане, однако тут ее отвлек Ник и Фэриде скосила взгляд в его сторону, но ничего не сказала. У него есть своя голова на плечах, правда она совсем не помогла ему и тот увязался следом за ней со своей навязчивой идеей вернуть ей когда-нибудь должок. Может быть, именно поэтому Фэриде и не спешила встрявать в дела Ника, ну.. чтоб вернуть должлок побыстрее, хотя, последнее время она уже даже как-то привыкла к его обществу. Привыкать к попутчикам девушка умела быстро и в этом, похоже, была ее проблема.
Сморгнув, Фэриде отпустила руку Зода и спохватилась:
- А, да. Чай! Й.. Я совсем про него забыла.
Нагнувшись, эльвринка подхватила полено подлиннее и потоньше, подцепила котелок и опустила его в огонь. Вверх взметнулся сноп искр, а Фэриде уже примостилась на остатках поленьев, которые почему-то так никем и не были заняты, отобрав у Ника пакетик с чаем и свою часть сухпая.
- Ну! Рассказывайте! Кто куда едет? Если не секрет конечно.

Фэриде надо сказать была дейстивтельно очень обоятельной и красивой эльвринкой. Приятное овальное личико, небольшой аккуратный носик, пухлые губки и темно-серые как пасмурное небо, готовое разразится ливнем, глаза. Волосы Фэриде были необычайно белоснежные и это навевало на мысль, что в ее жилах пусть и давно, но затесаласьв прямом смысле голубая кровь ассазов, но было это, если и было так давно, что кровь вновь была багровокрасной, а кожа бархатистой и светлой. Ладная фигурка девушки была облачена в теплую тено-синюю замшевую куртку на овечьем меху с изнанки. Такого же цвета из замши штаны и черные высокие сапожки, закрывающие ноги чуть выше колен. К правому были приторочены простые, потертые временем ножны, в которых покоился старенький кинжал. Из-под куртки топорщился круглый чехол непонятного назначения для многих и лишь опытные воины, то есть те, кто привык иметь дело с различными клинками и оружием, могли предположить, что это чехол под чакрамы. Редкое и не слишком популярное в здешних краях оружие, хотя, при должном обращении не менее опасное как и в ближнем бою, так и в дальнем. На голове у Фэриде была самая обычная вязаная шапочка, а личико частично закрывал вязаный большой шарф, в который девушка периодически кутала свой носик.