г. Далкрей - Особняк герцога АмилэйнЧем дальше шел Мэтрим, тем менее людно становилось. Дома выравнивались, преобретая свои уникальные и неповторимые черты. Мэтрим не сразу понял, что вот тот, укутанный красивым зеленым садом особняк и есть его дом... Высокий каленый забор, выполненный искусными дварфами-матсерами, изящные тропинки... Огромные ворота и будка-сторожня возле калитки....
Пройдясь мимо, Мэтрим заметил стражника, который тусовался в сторожне, жуя бутерброд. Сосредоточившись, парень проник к нему в голову и немного изучив натуру стражника, пошел дальше. Там, приняв облик располагающего доверия человека с нашивками цеха слуг, он подошел к охраннику и слегка повлияв на него, прошел во внутрь. Пройдясь по извилистой дорожке, Мэтрим оказаля возле парадного входа и не сомневаясь постучался. Дверь ему открыл дворецкий. Высокий худощавй мужчина преклонных лет (имя Робер).
Дом Мэтрима показался ему еще более огромными ихнутри, чем снаружи. Добротная, красивая мебель, богатая обстановка.. Да на эти деньги... просто так, без излишеств, но с достатком, можно было прожить несколько жизней... А тут все это было.. домом?
Плутая по коридорам, Мэтрим все же наконец-то добрался до своего кабинета. Две комнаты находились рядом. Спальная и кабинет. Между ними была тоже дверь, но, судя по тому, что она была заперта, пользовались ею редко. Большой красивый камин занимал почти пол стены. На периле камина стояли различные статуэтки, а все остальное место занимала огромная картина самого Мэтрима. Надменный взгляд, идеально-сидящий костюм.... Мужчина сидел в кресле, запрокинув одну ногу на другую. Сбоку лежала огромная черная псина и рука Мэта покоилась на ее загривке...
Дубовый стол внушительных размеров сейчас был практически девственно чистым. Стопка белоснежной бумаги, чернильница, пенал с перьевыми ручками, перьями, карандашами... Мягкое кресло и огромных размеров окно, открывающее вид на казалось бесконечный парк за домом...
Барельеф
Для того, чтобы можно было видеть сквозь стены, Мэтриму пришлось буквально прижиматься к ним щекой. шелквистая ткань, натянутая на дерево, приятно ластилась к коже. Мэтрим все прохаживался и прохаживался, пока его рука случайно не коснулась камина. Словно по инерции она пошла дальше, по барельефам вниз, а затем надавила на один из многих цветков... Перед Мэтом изнеоткуда в стене образовался проем, но вел он вовсе не в комнату за стеной...
Мгновение и Мэтрим оказался вновь в кабинете, но при этом он сложился пополам, словно перемещение вытянуло из него почти ве силы. Раньше такое не случалось. Только лишь в самом начале... Взгляд Мэтрима упал на камин... Там не было никаких барельефов....
Мэтрим поднялся, так как первое, что он сделал - это упал на колени, закашлявшись, а потом огляделся. Это был все тот же кабинет, разве что теперь здесь слегка изменилась обстановка, стала более обжитой что ли? На столе были разлоежны какие-то бумаги, картина казалась более яркой, более новой что ли? Но все той же. Не было статуэтки нэки, обнимающей шест, зато была статуэтка волка... Шторы были широко распахнуты, а за окном падал снег....
Спальная комната
Комната, которую занимал Мэтрим была довольно большой и просторной. Мягкие ковры, огромная кровать, тахта возле окна, парочка мягких красивых диванчиков с горами подушек, журнальные столики, обеденный столик с четырьмя стульями, зеркальный потолок над кроватью, спрятанный под мякой тканью, которая в случае необходимости отодвигалась в сторону, столик с зеркалом и всевозможными баночками, заполненными ароматическими баслами, благовониями, кремами и прочими радостями жизни.
Прямо из комнаты вела балконная дверь на просторный балкон, где располагались несколько шезлонгов, кресло-качалка и маленький столик. Еще одна, спрятанная за ширмой дверь, вела в небольшой внутренний коридорчик, где располагались двери в уборную, ванную комнату и невероятных размеров гардеробную комнату, начинающуюуся с примерочной. Отсюда можно было выйти, похоже, и в основной коридор.
Но у Мэтрима оставалось стоическое ощущение, что где-то не здесь находилось то помещение, в котором он больше всего проводил времени. Где-то.. в спальне была потайная дверь, но вот где.. Он никак не мог ее отыскать.
Тайная комната
Мэтрим довольно долго блуждал по комнате, изучая ее, загляывая куда только можно было и нельзя... И когда он уже решил сдаться, ему вдруг повезло. Прямо сбоку от кровати, в стене была пойтайная дверь, но вела она отнють не в ванную комнату, а куда-то в другое место. Темный коридор угодящий вперед начал медленно заполняться слегка тусклым светом и где-то впереди была видна дверь...
Мэтрим прошел в коридор и его окунуло словно в прохладу. Казалось, он был сейчас где-то глубоко под землей. Может быть, даже не в Брунгилтроне? Коротенький коридор на самом деле оказался довольно длинным. Расстояние словно исказилось в этом месте но вот... Парень наконец-то дошел до двери. Гладка деревянная поверхность носила на себе лишь единственный рсиунок - вдавленный отпечаток расправленной ладони и пальцев, словно кто-то горящей рукой прикоснулся, выжигая символ на дереве...
Мэтрим прикоснулся к двери и по его руке начало расплываться тепло, а в воздухе замкнутого пространства изнеоткуда возник холодный ветер, который принес тихий безликий шепот "Имя....."
Парень колебался секунду потом произнес:
- Мэтрим Илонил Амилейн.
Тут же Мэтрим согнувшись упал на пол. Острая боль буквально разорвала его на кусочки. Изо рта пошла кровь, а рука сползла с символа на каменный холодный пол... Похоже, ответ был не верным...
- Джулия Амилейн.
Неприступная дверь просто расстворилась в воздухе обнажая богатое убранство кабинета с корчневой оббивкой стен и магическими светильниками, которые, казалось, светились здесь с начала времен...
Небольшое помещение было обустроено очень уютно и в то же время довольно строго. Несколько шкафов, стелажи с книгами, письменный стол. Неприятно было лишь отсутсвие окна, но оно полностью компенсировалось мягким не раздражающим глаз светом. В небольшом уголке стояла мягкая односпальная кровать, видимо на тот случай, если Мэтрим решит здесь задержаться на несколько суток. Был здесь и холодильный шкаф с едой и даже камод с выпивкой. В общем, все что надо для комфортного существования на протяжении нескольких недель. Здесь даже была уборная за небольшой дверцей.
Ничего интересного на столе Мэтрим по началу не нашел. Здесь лежали стопка чистых бумаг, небольшой томик о том как нужно вести свой бюджет и бизнес, книга о психологии, а так же стояла стойка с чернильницей и перьями. Помимо этого находилась лампа с встроенным в нее магическим шаром, дающим более яркий свет и небольшая статуэтка мраморной танцовщицы, в кротенькой но пышной юбочке, застывшей в одном из многочисленных красивых танцорских поз.
Повыдвигав ящики, Мэтрим нашел несколько папок с различными делами. Большинство имен ему ничего не говорили и лишь пролистав папки, парень смог понять, что это дела о его соседях. Кто они такие, привычный распорядок дня, секреты и привычки. Все что только можно было собрать о ни - было в этих папках.
Робер
Слова, которые произнес Мэтрим, заставили Робера припомнить довольно многое. Его воспоминания начинались еще с самого детсва, когда Мэтрим был крохотным мальчиком, а Робер работал по собственному желанию и совершенно бесплатно на его родителей. Надо сказать, что он был единственным, кто последовал за отцом Мэтрима, когда его родители были разорены. Наверняка, он знал и Эйну. Когда Мэтрим стал активно прогрессировать в званиях, он купил этот дом и обеспечил Роберу постоянную зарплату. Было станно понимать, что к этому человеку Илонил ощущал куда большую привязанность, чем к родителям... Наверное, это было потому, что он видел в Робере верного человека? Так думал дворецкий. Илонил очень часть пропадал без вести, устраивал разгорм в городе, в поисках преступников, водил девушек и совершенно не заботился о морали и хорошем тоне.... И все это время...
- Я служил вашему отцу, сэр. И я служу вам до своег последнего вздоха. Даже если вы больше не сможете мне платить денег. Сэр.
Робер говорил совершенно спкойно без зазрения совести и прекрасно понимая, что своими словами, быть может, лишает работы невинных людей.
Диана (супруга Робера)
Мэтриму пришлось пробыть наедине с самим собой минут десять, когда в дверь постучали и вошла пухленькая невысокая женщина лет пятидесяти. На ее глаза вдруг навернулись слезы, а губы задрожали, но она глубоко вздохнула, успокаиваясь и неуклюже присела в ревирансе с большим тазом теплой воды. На плече у нее висело несколько полотенец.
Женщина видимо слегка опешила то ли от слов, то ли от улыбки и захлопотала как курица-наседка над своими птенцами, обрабатывая раны, промывая, смазывая... Спустя какое-то время пришел и Робер, сообщив, что одежда господина уже покоится на кровати и ему достаточно просто пройти в соседнюю комнату. Женщина под конец даже слегка всплакнула, припомнив Райзу и вместе с мужем покинула Мэтрима...
Робер и Диана
Робер Ортьего и его жена Диана Ортьего Нимильер. Сембдесят и шестьдесят пять лет. Мать Робера была нянькой при бабушке Илонила. Позже она вышла замуж за кузнеца и у низ родился сын Робер, который с самых юных лет жил и работал на семью Амилэйн. Он воспитывал мать Илонила, а его в будущем жена Диана, дочь садовника, позже воспитывала и ростила матушку Мэтрима и его самого вместе с сетрой. Это были очень хорошие и порядочные люди. Мэтриму так и не удалось найти на них компромата, ибо они были чисты. Лишь небольшой компромат на то, что отец Дианы был заядлым картежником и долгое время Диана выплачивала его долги. Это все. Но и эта информация была известна всем членам семейств. В целом, Мэтрим знал, что и на Робера и на Диану можно было полностью положиться, однако, первый был словно непршибаемая сказал - никаких чувств и эмоций. Иногда это доставляло неудобства при составлении планов. А Диана была чересчур мягкотела и сердечна. У них было двое детей Том и Джесс, которые сейчас уехали в пригород и иногда навещали родителей. У Тома было трое сыновей, а Джесс досталась одна девочка. Так что семейство у прислуги Мэтрима было большое, но Илонил держал их на растоянии, не желая кормить всю эту ораву, хотя теперь он бы и мог позволить принять их и устроить к себе работать. Ибо жизнь в деревне была доовльно бедной и неблагоприятной.
История Илонила со слов Илонила
Мэтрим слегка раслабился и сказал:
- На перевале не произошло ничего изряда вон выходящего. Мне нужно было там оставить одну вещь, для себя. Но так случилось, что в этот момент на форт решили напасть некроманты из пустоши. Я оказался втянут в заварушку, подумав, что если наделать побольше шума, это сыграет мне на руку потом, когда я буду возвращаться. Такое сложно не заметить, и весть о нем будет звенет не один месяц, по всему континенту, а может быть и далее...
Парень замолчал, его пальци случайно нащупали на его одежде песчинку, он стал крутить ее в руках, иногда сжимал в ладоне, парень не следил за своими руками и пальцами, он размышлял, перед началом рассказа, а потом все же начал:
- И так, метка, что у меня была на лодоне с рождения... Все неприятности начались когда упомянутый до этого мною эльф, выкрал меня и забрал у меня метку. Вместе с меткой, я потерял значительное количество сил... Меня взяли под контроль и увезли на Аталас. В Южном альянсе силы значительно востановились и я смог сбежать. Мне пришлось пройти через весь континент, через охранные горы, через древний лес, где меня чуть не казнили, если бы я не смог подкупить дроу, который в принципе давно хотел смотаться из леса, то выбиратсья мне было еще сложнее. Мы с ним отправились сюда, я его оставил недалеко от Великого леса, сказал, что как улажу свои дела, я за ним вернусь и исполню то, что ему обещал. После чего я пошел в столицу, чтобы узнать, что это за метка, что у меня была и для чего она. Мои изыскания в конечном итоге вывели меня на отшельников, жрецов Оракула. Мне согласились помочь, но потребывали соответствующую цену. - парень замолчал, переводя дыхание и выкладывая в голове элементы мозайки:
- Я согласился, понимая, что пока я с ней не разбирусь не будет мне покоя. Но я так же понимал, что даже оплатив эту цену, мне нужно сделать так, чтобы я смог все компенсировать. И я начал параллельно готовится. Оставляя для себя зацепки и следы, подсказки.
Парень помолчал, потом добавил:
- Ты же понимаешь, цена жрецов Оракула, память. Так вот, согласившись на эту уплату, я узнал следующее. Что метка на моей руке, это одна из печатей. Печать, что удерживает Ашкаэля в его узилище. По мимо тех печатей, что наложили другие боги. И эта печать, как обычно любит это делать Оракул, могла выпустить Ашкаэля минуя все остальные печати. Понятно, почему мной так заинтересовались Ашкаэлевцы, но думаю сбежать тогда мне просто позволили, потому что печать невозможно активировать без ключа. Печать и ключ к ней существуют одновременно. Если умирает ключь, то меченый перестает быть носителем печати. В этот момент в мире где-то рождаются новые печать и ключь. если умирает печать, то и ключь обезатено погибает. И еще, у ключа есть другая функция, принимать на себя все беды и все удары, что должны будут направлены на печать.
Парень вновь замолчал, переводя дыхание, уж больно много он сейчас рассказывал, вещей нкоторые сам полностью до конца непонимал.
- Так вот, я узнал кто был ключем. Думаю не сложно было догадатсья, что это была графиня Эйниль. Я узнал где она была все это время. Так вот, оставив себе все возможности для устранения потери памяти, я отправился на перевал, где произошла эта стычка, из которой я ушел, но шуму произошло много. Потом я отправился в Лаом, чтобы отыскать там Эйну..Эйниль. Для чего? Все просто, тогда было все просто. - парень немного помолчал:
- Я решил ее убить. Не будет ключа, меня оставят проблемы с меткой, буду жить дальше своей празной жизнью, циничной, загрубевшой сволочи, не как не в силах пережить боль юнешеской травмы из-за того, что меня бросила Нейдж. Все бы так и получилось, если бы на пути в Лаом, меня не застигли... Меня почти поймали и в тот момент единственым разумным выбором для меня было стереть часть памяти, которая могла бы навредить Брунгильрону, да и не только. Я вырвался с корабля, который разлетелся в щепки, поглощая всех своих пасажиров и увлекая в пучину моря. Я стел память, но в этот момент пришла расплата, за знания...
Парень сделал паузу, длительную, смотря на Зиори.
- Когда я очнулся, я не знал ничего. Ничего не помнил, никого не знал, точнее, я мог говорить на лаомском, так как очнулся я там. Меня подобрал рыбак, который один ростил дочь. Мать ее умерла когда той было лет десять. Ну я так же знал назначение элементарных вещей, умел есть, и так далее. Но осознаных знаний или воспоминаний не было. Я там начал жизнь с нуля. С пустой памятью, с пустым сердцем, с пустым рассудком, без гроша. Когда меня выходили, а я был достаточно плох и меня жутко мучали головные боли, я стал помогать в рыбной ловле. Я узнал, что дочь рыбака была спообна к магии, у нее был дар и она умела несколько фокусов за гранью того, что умел каждый. Я стал пытаться учиться тоже и у меня стало все получатся. Хотя какие-то способности были явно за пределами магии, видеть через стены к примеру. Ну так вот, все было нормально, я учился, начинал жить своей жизнью, пока вдруг отец, Эйны, ну а тут ее знают как графиню Эйниль, не уехал зачем-то в Тавию... Мы с горстью меди поехали его искать... В Столици Тавии мы его нашли, он был в одном портовом трактире. Ему кто-то промыл мозги и убедил его, что он может отправляться путешествовать, а нам не мешать жить. Как позднее узнал я это был мой старый наставник, по моей же просьбе, если что-то пойдет не так. Там же я встретился с Нэйдж... Не знаю по чему, но я сбежал от нее, хотя она нас нашла в гостинице и передала мне маску, сказала, что она здесь его ждала, чтобы ее передать. Переодически меня посещали воспоминания из моей прошлой жизни. А так как мы оказались на Гвиларионе, и я уже подозревал, что заварушку в форте устроил я, туда я и направился. Путь был длинный и поначалу очень тяжелый, ведь у нас не было почти денег, на меня постоянно охотились, нам постяонно приходилось быть в пути, Эйну похищали, мне пришлось вырывать ее из лап Ашкаэлевцев. В общем наследие я себе оставил еще то... Учитывая, что я ничего толком не помнил, это было еще лучше. Попути Эйна получила сильное проклятье от девченки, которая поклонялась арельне. В резултате чего дорога меня привила в городок небольшой в храм Лотэмелии, где эйну изличили, но я нашел изображение метки на стене, только я ее видел... Все это, вся цепь событий, это было спланировано, что постеенно раскрывать передо мой цели, причины и мое прошлое. В Великом лесу я встретился со своим наставником, он передал мне регалии и золото, сказал что я держу верное направление и сказал мне пару слов, благодоря которым я смог отыскать то, что там было оставлено дня меня. В этом же лесу я натолкнулся на забаыный камень, на него было необходимо сесть.. если сядешь ты... ты там остаешься до тех пор покакто-то иной не займет твое место. Именно там я и повстречал Ника, одного из моих спутников. Мы его вытащили от туда, правда я сильно пострадал тогда, как видела на мох руках еще не до конца востановились прежние капелярные следы. Там на меня устроил охоту мой заместитель Жижан, пришлось устроить огненное шоу, чтобы справится с его подопечными. В лесу я же встретил Эйдейла, который все это время ждал меня там. забрав его мы отправились на перевал. там я получил все, что мне нужно было, пообщался с неупокоеной душой матери и мы отправились в ближайший город, где есть гильдия чтобы переместится в столицу. Тут то на нас напали пожератели. Мы еле смогли от них уйти... А так же узнали, что ближайшие форты или полностью покинуты или остались без псиоников. В итоге мы добрались до столицы и переместились сюда. Дальнейшую историю ты уже знаешь.
Мэтрим упустил некоторые детали, но они были не значительны. Все это время он что-то вертел в руках, даже не понимая, от куда он это взял. Когда он глянул на руки, он понял, что вертит в руках зеленую, изумрудную веточку с листьями из изумруда, на лисьях были видны прожилки, а на нескольких листочках были сапфировые капельки росы... Он сам слегка ошарашенно посмотрел на это произведение искусства, а потом положил на стол и сказал:
- Мне кажется это бы чудесно смотрелось в твоем доме. - только сейчас парень ощутил КАК сильно он вымотан. Он тяжело опустился на спинку стула.
Подвал
Выйдя в коридор, Мэт пошел следом за Робером, который спустился по одной из боковых лестниц на первый этаж, а затем пройдя через еще пару помещений сейчас пустовавших, вышел на небольшой лестничный пролет, где отпер дверь ключем и взял со стенки фонарь, в котором после открытия крышки тут же засветился ровный и мягкий свет.
Спускаться вниз пришлось не очень долго и вскоре дворецкий вывел Мэта в длинный коридор, где ранее наверняка хранили провизию и различное добро хозяева дома. Но сейас тут было пустынно. За одной дверью, запертой на три разных замка, была большая комната, где на нескольких составленных столах распологались гробы, сейчас закрытые. В торцах гробов мерцали красным светом небольшие камешки. На единственном стуле лежала маленькая шкатулка. Вот и все.
1 Авг 2009, 11:03 · 
