А я, если поздравляю, то от души, а не ради вежливости. От души мне сказать этому человеку нечего - слова я нахожу для тех, с кем общаюсь, а не для тех, кто давно закинул меня в стоп-лист и забыл.

22 день асты тьмы, конец рема разума

- Пробуй, - одобрительно кивнул Рауль. - Животными заведует Лучница, если у кого-то и получится - то только у тебя.

- Мы можем ему спеть, - предложила Джеида. - Помните, как это помогло на змее?

- Это не змей, это осьминог, он совсем другой, - качнула головой Диана.

22 день асты тьмы, конец рема разума

- Пробуй, - одобрительно кивнул Рауль. - Животными заведует Лучница, если у кого-то и получится - то только у тебя.

- Мы можем ему спеть, - предложила Джеида. - Помните, как это помогло на змее?

- Это не змей, это осьминог, он совсем другой, - качнула головой Диана.

22 день асты тьмы, конец рема разума

Сумку Лоренса, как и другие протянутые ему вещи, телепат убрал к себе - его сумка была создана с помощью магии, доступной только его клану, а потому вмещала куда больше, чем казалось снаружи. Посох, покрутив, вернул молодому торговцу. Оставаться безоружными под водой ни у кого не было никакого желания. Эллине было проще всех - ее лук под водой не терял своих качеств и был так же эффективен, как на земле.

Разобравшись с защитой, имперцы направились к борту. Диана с веселым визгом прыгнула в воду, Мран засмеялся тихонько. А Рауль вдруг обернулся - с кормовой надстройки за ними наблюдала команда корабля.

- Осваивайтесь, я догоню, - махнул рукой телепат.

Хитро сложив пальцы, он снова стал напоминать человека внешне. Пригладив волосы, он зашагал к капитану. Мран держался чуть позади него. Разговор, неслышный с воды, продлился несколько минут, потом Рауль присоединился к остальным. Некоторое время они осваивались с новыми телами - плавать с плавниками оказалось очень удобно, их тела словно знали, что нужно делать в воде. Зрение стало четким, соль больше не мешала видеть под водой. Сложнее всего оказалось первый раз вдохнуть воду. Это было страшно. А вдруг? Медлил даже Рауль, вроде бы, уверенный в заклинании, которое их защищало. Но потом домиры перешагнули через опасения - в конце концов, если даже один из них захлебнется, корабль рядом, друзья успеют спасти. Стоило решиться - и выяснилось, что заклинание работает отлично. Они дышали водой с той же легкостью, что и воздухом. Более того, дышать водой оказалось проще и даже естественнее для их новых тел. Наплававшись, имперцы привязали конец подготовленной веревки к поясу Эмиля и приготовились к погружению.

Под водой было тихо. Отступил, остался на поверхности ставший привычным за последние дни шум волн. Отодвинулось куда-то за грань восприятия небо. Вместо него была колышащаяся поверхность, переходящая в воздух так естественно, что уже с пары метров ее границы не было видно. Темнел над головами корпус корабля, от него за ними тянулась веревка - единственный ориентир в окружающем мире. Песок на дне казался ярче вновь серого сегодня неба. Сперва он был пустым, лишь изредка попадались некрупные камни. Потом со дна начали робко подниматься длинные нити водорослей, постепенно превращаясь в настоящий лес. Непривычный, сине-зеленый, он колыхался, словно на ветру. Некоторые водоросли, словно деревья, крепко цеплялись за песок и камни. Другие стелились понизу, как трава. Среди деревьев "летали" стаи рыбок - мелких, ярких. Блестя разноцветными боками, они пугливо шугались с пути огромных "сородичей" - имперцы сейчас походили на рыб куда больше, чем на домиров. Так, наверное, и рождались легенды о русалках. Диана нырнула глубже, протянула руку к большому продолговатому предмету, покрытому шипами. Тот вдруг шевельнулся, сжался, готовясь выпустить иглы, и девушка поспешила оставить морского огурца в покое, не желая встречаться с его ядом.

Их вел Рауль. Телепат временами замирал с закрытыми глазами или, напротив, оглядывался, ища взглядом лишь ему известные ориентиры, а подчас принимался рыскать влево и вправо, пока вновь не находил путь. Лес из водорослей вскоре начал редеть, взглядам имперцев предстали камни, покрытые ракушками так густо, что под ними не было видно породы. Большинство раковин были совсем небольшими, но если проплыть между камнями, там наверняка нашлись бы и более крупные экземпляры, в которых уже имело смысл смотреть жемчужины. И вот тут они ощутили течение.

Оно было совсем легким, еще не тянуло за собой, воспринимаясь как ветерок, несильный, но постоянный. И домиры последовали туда, куда их звало дыхание моря. Прошло еще совсем немного времени, и они ощутили, как ускоряются. Течение нарастало, постепенно превращаясь в ураганный поток, влекущий их вперед и вниз. На дне показались трещины, постепенно они опускались все глубже. Становилось темнее и холоднее. Впереди показалась глубокая расщелина, и Рауль, по-прежнему плывущий первым, вздрогнул.

В самом узком месте расщелина была перегорожена чем-то, что и в самом деле хотелось назвать "замком". Сложная конструкция со множеством искривленных "башен" словно вырастала из чего-то, намертво застрявшего между камнями. Течение устремлялось под замок, все набирая и набирая скорость. Имперцы не препятствовали водному потоку, и вскоре сумели разглядеть явно металлический корпус, напоминающий формой длинный цилиндр с закругленными концами, на котором за время его заточения в расщелине выросла целая колония кораллов. Присутствие чужаков напугало местных жителей: торопливо прятались цветки актиний, боком спешили убраться в щели камней крабы, стремительно ускользали прочь рыбы. Семерых домиров прижало к корпусу, но они сумели не дать течению увлечь их под странное сооружение, а проплыв чуть выше - и вовсе выбрались из потока и могли оглядеться.

22 день асты тьмы, конец рема разума

Сумку Лоренса, как и другие протянутые ему вещи, телепат убрал к себе - его сумка была создана с помощью магии, доступной только его клану, а потому вмещала куда больше, чем казалось снаружи. Посох, покрутив, вернул молодому торговцу. Оставаться безоружными под водой ни у кого не было никакого желания. Эллине было проще всех - ее лук под водой не терял своих качеств и был так же эффективен, как на земле.

Разобравшись с защитой, имперцы направились к борту. Диана с веселым визгом прыгнула в воду, Мран засмеялся тихонько. А Рауль вдруг обернулся - с кормовой надстройки за ними наблюдала команда корабля.

- Осваивайтесь, я догоню, - махнул рукой телепат.

Хитро сложив пальцы, он снова стал напоминать человека внешне. Пригладив волосы, он зашагал к капитану. Мран держался чуть позади него. Разговор, неслышный с воды, продлился несколько минут, потом Рауль присоединился к остальным. Некоторое время они осваивались с новыми телами - плавать с плавниками оказалось очень удобно, их тела словно знали, что нужно делать в воде. Зрение стало четким, соль больше не мешала видеть под водой. Сложнее всего оказалось первый раз вдохнуть воду. Это было страшно. А вдруг? Медлил даже Рауль, вроде бы, уверенный в заклинании, которое их защищало. Но потом домиры перешагнули через опасения - в конце концов, если даже один из них захлебнется, корабль рядом, друзья успеют спасти. Стоило решиться - и выяснилось, что заклинание работает отлично. Они дышали водой с той же легкостью, что и воздухом. Более того, дышать водой оказалось проще и даже естественнее для их новых тел. Наплававшись, имперцы привязали конец подготовленной веревки к поясу Эмиля и приготовились к погружению.

Под водой было тихо. Отступил, остался на поверхности ставший привычным за последние дни шум волн. Отодвинулось куда-то за грань восприятия небо. Вместо него была колышащаяся поверхность, переходящая в воздух так естественно, что уже с пары метров ее границы не было видно. Темнел над головами корпус корабля, от него за ними тянулась веревка - единственный ориентир в окружающем мире. Песок на дне казался ярче вновь серого сегодня неба. Сперва он был пустым, лишь изредка попадались некрупные камни. Потом со дна начали робко подниматься длинные нити водорослей, постепенно превращаясь в настоящий лес. Непривычный, сине-зеленый, он колыхался, словно на ветру. Некоторые водоросли, словно деревья, крепко цеплялись за песок и камни. Другие стелились понизу, как трава. Среди деревьев "летали" стаи рыбок - мелких, ярких. Блестя разноцветными боками, они пугливо шугались с пути огромных "сородичей" - имперцы сейчас походили на рыб куда больше, чем на домиров. Так, наверное, и рождались легенды о русалках. Диана нырнула глубже, протянула руку к большому продолговатому предмету, покрытому шипами. Тот вдруг шевельнулся, сжался, готовясь выпустить иглы, и девушка поспешила оставить морского огурца в покое, не желая встречаться с его ядом.

Их вел Рауль. Телепат временами замирал с закрытыми глазами или, напротив, оглядывался, ища взглядом лишь ему известные ориентиры, а подчас принимался рыскать влево и вправо, пока вновь не находил путь. Лес из водорослей вскоре начал редеть, взглядам имперцев предстали камни, покрытые ракушками так густо, что под ними не было видно породы. Большинство раковин были совсем небольшими, но если проплыть между камнями, там наверняка нашлись бы и более крупные экземпляры, в которых уже имело смысл смотреть жемчужины. И вот тут они ощутили течение.

Оно было совсем легким, еще не тянуло за собой, воспринимаясь как ветерок, несильный, но постоянный. И домиры последовали туда, куда их звало дыхание моря. Прошло еще совсем немного времени, и они ощутили, как ускоряются. Течение нарастало, постепенно превращаясь в ураганный поток, влекущий их вперед и вниз. На дне показались трещины, постепенно они опускались все глубже. Становилось темнее и холоднее. Впереди показалась глубокая расщелина, и Рауль, по-прежнему плывущий первым, вздрогнул.

В самом узком месте расщелина была перегорожена чем-то, что и в самом деле хотелось назвать "замком". Сложная конструкция со множеством искривленных "башен" словно вырастала из чего-то, намертво застрявшего между камнями. Течение устремлялось под замок, все набирая и набирая скорость. Имперцы не препятствовали водному потоку, и вскоре сумели разглядеть явно металлический корпус, напоминающий формой длинный цилиндр с закругленными концами, на котором за время его заточения в расщелине выросла целая колония кораллов. Присутствие чужаков напугало местных жителей: торопливо прятались цветки актиний, боком спешили убраться в щели камней крабы, стремительно ускользали прочь рыбы. Семерых домиров прижало к корпусу, но они сумели не дать течению увлечь их под странное сооружение, а проплыв чуть выше - и вовсе выбрались из потока и могли оглядеться.

22 день асты тьмы, конец рема разума

Сумку Лоренса, как и другие протянутые ему вещи, телепат убрал к себе - его сумка была создана с помощью магии, доступной только его клану, а потому вмещала куда больше, чем казалось снаружи. Посох, покрутив, вернул молодому торговцу. Оставаться безоружными под водой ни у кого не было никакого желания. Эллине было проще всех - ее лук под водой не терял своих качеств и был так же эффективен, как на земле.

Разобравшись с защитой, имперцы направились к борту. Диана с веселым визгом прыгнула в воду, Мран засмеялся тихонько. А Рауль вдруг обернулся - с кормовой надстройки за ними наблюдала команда корабля.

- Осваивайтесь, я догоню, - махнул рукой телепат.

Хитро сложив пальцы, он снова стал напоминать человека внешне. Пригладив волосы, он зашагал к капитану. Мран держался чуть позади него. Разговор, неслышный с воды, продлился несколько минут, потом Рауль присоединился к остальным. Некоторое время они осваивались с новыми телами - плавать с плавниками оказалось очень удобно, их тела словно знали, что нужно делать в воде. Зрение стало четким, соль больше не мешала видеть под водой. Сложнее всего оказалось первый раз вдохнуть воду. Это было страшно. А вдруг? Медлил даже Рауль, вроде бы, уверенный в заклинании, которое их защищало. Но потом домиры перешагнули через опасения - в конце концов, если даже один из них захлебнется, корабль рядом, друзья успеют спасти. Стоило решиться - и выяснилось, что заклинание работает отлично. Они дышали водой с той же легкостью, что и воздухом. Более того, дышать водой оказалось проще и даже естественнее для их новых тел. Наплававшись, имперцы привязали конец подготовленной веревки к поясу Эмиля и приготовились к погружению.

Под водой было тихо. Отступил, остался на поверхности ставший привычным за последние дни шум волн. Отодвинулось куда-то за грань восприятия небо. Вместо него была колышащаяся поверхность, переходящая в воздух так естественно, что уже с пары метров ее границы не было видно. Темнел над головами корпус корабля, от него за ними тянулась веревка - единственный ориентир в окружающем мире. Песок на дне казался ярче вновь серого сегодня неба. Сперва он был пустым, лишь изредка попадались некрупные камни. Потом со дна начали робко подниматься длинные нити водорослей, постепенно превращаясь в настоящий лес. Непривычный, сине-зеленый, он колыхался, словно на ветру. Некоторые водоросли, словно деревья, крепко цеплялись за песок и камни. Другие стелились понизу, как трава. Среди деревьев "летали" стаи рыбок - мелких, ярких. Блестя разноцветными боками, они пугливо шугались с пути огромных "сородичей" - имперцы сейчас походили на рыб куда больше, чем на домиров. Так, наверное, и рождались легенды о русалках. Диана нырнула глубже, протянула руку к большому продолговатому предмету, покрытому шипами. Тот вдруг шевельнулся, сжался, готовясь выпустить иглы, и девушка поспешила оставить морского огурца в покое, не желая встречаться с его ядом.

Их вел Рауль. Телепат временами замирал с закрытыми глазами или, напротив, оглядывался, ища взглядом лишь ему известные ориентиры, а подчас принимался рыскать влево и вправо, пока вновь не находил путь. Лес из водорослей вскоре начал редеть, взглядам имперцев предстали камни, покрытые ракушками так густо, что под ними не было видно породы. Большинство раковин были совсем небольшими, но если проплыть между камнями, там наверняка нашлись бы и более крупные экземпляры, в которых уже имело смысл смотреть жемчужины. И вот тут они ощутили течение.

Оно было совсем легким, еще не тянуло за собой, воспринимаясь как ветерок, несильный, но постоянный. И домиры последовали туда, куда их звало дыхание моря. Прошло еще совсем немного времени, и они ощутили, как ускоряются. Течение нарастало, постепенно превращаясь в ураганный поток, влекущий их вперед и вниз. На дне показались трещины, постепенно они опускались все глубже. Становилось темнее и холоднее. Впереди показалась глубокая расщелина, и Рауль, по-прежнему плывущий первым, вздрогнул.

В самом узком месте расщелина была перегорожена чем-то, что и в самом деле хотелось назвать "замком". Сложная конструкция со множеством искривленных "башен" словно вырастала из чего-то, намертво застрявшего между камнями. Течение устремлялось под замок, все набирая и набирая скорость. Имперцы не препятствовали водному потоку, и вскоре сумели разглядеть явно металлический корпус, напоминающий формой длинный цилиндр с закругленными концами, на котором за время его заточения в расщелине выросла целая колония кораллов. Присутствие чужаков напугало местных жителей: торопливо прятались цветки актиний, боком спешили убраться в щели камней крабы, стремительно ускользали прочь рыбы. Семерых домиров прижало к корпусу, но они сумели не дать течению увлечь их под странное сооружение, а проплыв чуть выше - и вовсе выбрались из потока и могли оглядеться.

22 день асты тьмы, конец рема разума

Сумку Лоренса, как и другие протянутые ему вещи, телепат убрал к себе - его сумка была создана с помощью магии, доступной только его клану, а потому вмещала куда больше, чем казалось снаружи. Посох, покрутив, вернул молодому торговцу. Оставаться безоружными под водой ни у кого не было никакого желания. Эллине было проще всех - ее лук под водой не терял своих качеств и был так же эффективен, как на земле.

Разобравшись с защитой, имперцы направились к борту. Диана с веселым визгом прыгнула в воду, Мран засмеялся тихонько. А Рауль вдруг обернулся - с кормовой надстройки за ними наблюдала команда корабля.

- Осваивайтесь, я догоню, - махнул рукой телепат.

Хитро сложив пальцы, он снова стал напоминать человека внешне. Пригладив волосы, он зашагал к капитану. Мран держался чуть позади него. Разговор, неслышный с воды, продлился несколько минут, потом Рауль присоединился к остальным. Некоторое время они осваивались с новыми телами - плавать с плавниками оказалось очень удобно, их тела словно знали, что нужно делать в воде. Зрение стало четким, соль больше не мешала видеть под водой. Сложнее всего оказалось первый раз вдохнуть воду. Это было страшно. А вдруг? Медлил даже Рауль, вроде бы, уверенный в заклинании, которое их защищало. Но потом домиры перешагнули через опасения - в конце концов, если даже один из них захлебнется, корабль рядом, друзья успеют спасти. Стоило решиться - и выяснилось, что заклинание работает отлично. Они дышали водой с той же легкостью, что и воздухом. Более того, дышать водой оказалось проще и даже естественнее для их новых тел. Наплававшись, имперцы привязали конец подготовленной веревки к поясу Эмиля и приготовились к погружению.

Под водой было тихо. Отступил, остался на поверхности ставший привычным за последние дни шум волн. Отодвинулось куда-то за грань восприятия небо. Вместо него была колышащаяся поверхность, переходящая в воздух так естественно, что уже с пары метров ее границы не было видно. Темнел над головами корпус корабля, от него за ними тянулась веревка - единственный ориентир в окружающем мире. Песок на дне казался ярче вновь серого сегодня неба. Сперва он был пустым, лишь изредка попадались некрупные камни. Потом со дна начали робко подниматься длинные нити водорослей, постепенно превращаясь в настоящий лес. Непривычный, сине-зеленый, он колыхался, словно на ветру. Некоторые водоросли, словно деревья, крепко цеплялись за песок и камни. Другие стелились понизу, как трава. Среди деревьев "летали" стаи рыбок - мелких, ярких. Блестя разноцветными боками, они пугливо шугались с пути огромных "сородичей" - имперцы сейчас походили на рыб куда больше, чем на домиров. Так, наверное, и рождались легенды о русалках. Диана нырнула глубже, протянула руку к большому продолговатому предмету, покрытому шипами. Тот вдруг шевельнулся, сжался, готовясь выпустить иглы, и девушка поспешила оставить морского огурца в покое, не желая встречаться с его ядом.

Их вел Рауль. Телепат временами замирал с закрытыми глазами или, напротив, оглядывался, ища взглядом лишь ему известные ориентиры, а подчас принимался рыскать влево и вправо, пока вновь не находил путь. Лес из водорослей вскоре начал редеть, взглядам имперцев предстали камни, покрытые ракушками так густо, что под ними не было видно породы. Большинство раковин были совсем небольшими, но если проплыть между камнями, там наверняка нашлись бы и более крупные экземпляры, в которых уже имело смысл смотреть жемчужины. И вот тут они ощутили течение.

Оно было совсем легким, еще не тянуло за собой, воспринимаясь как ветерок, несильный, но постоянный. И домиры последовали туда, куда их звало дыхание моря. Прошло еще совсем немного времени, и они ощутили, как ускоряются. Течение нарастало, постепенно превращаясь в ураганный поток, влекущий их вперед и вниз. На дне показались трещины, постепенно они опускались все глубже. Становилось темнее и холоднее. Впереди показалась глубокая расщелина, и Рауль, по-прежнему плывущий первым, вздрогнул.

В самом узком месте расщелина была перегорожена чем-то, что и в самом деле хотелось назвать "замком". Сложная конструкция со множеством искривленных "башен" словно вырастала из чего-то, намертво застрявшего между камнями. Течение устремлялось под замок, все набирая и набирая скорость. Имперцы не препятствовали водному потоку, и вскоре сумели разглядеть явно металлический корпус, напоминающий формой длинный цилиндр с закругленными концами, на котором за время его заточения в расщелине выросла целая колония кораллов. Присутствие чужаков напугало местных жителей: торопливо прятались цветки актиний, боком спешили убраться в щели камней крабы, стремительно ускользали прочь рыбы. Семерых домиров прижало к корпусу, но они сумели не дать течению увлечь их под странное сооружение, а проплыв чуть выше - и вовсе выбрались из потока и могли оглядеться.

Поднимем бокал за огнешары по союзникам и обезьянку с дубинкой! Без тебя было скучно, как хорошо, что ты снова здесь
С днем рождения, Призрак!

[attachment=6221:4480e.png]

21 день асты тьмы, середина рема духа

Убедившись, что вопросов больше ни у кого нет, местные отвернулись от чужаков, постепенно в таверне возобновился негромкий говор. Староста тоже поднялся, слегка поклонился и оставил их в компании с завтраком. Еда была простой, но сытной, да и вкус оказался лучше, чем ожидалось. Правда, Мран снова скорчил огорченную рожицу - рыба ему успела надоесть, а кашу он никогда не любил. Впрочем, Алый не был привередой, так что съел свою порцию даже быстрее остальных.

Насытившись, имперцы покинули здание. Неизвестно было, кто из двух названных домиров может поведать им интересующие их вещи, но до Нанзии было ближе - она жила в одном из соседних домов, тогда как до парня, который вернулся оттуда, где погиб его товарищ, было дальше. Так что телепат без сомнений повернул к старухе. Выстроенный из характерного для Республики желтоватого камня дом был большим и просторным - вряд ли пожилая женщина жила здесь одна. Из дома лениво брехнул пес, возящиеся в больших зеленых листьях двое пацанов выглянули на шум.

- Старая Нанзин - ваша бабушка? - поинтересовался Рауль.

Младший пискнул и спрятался обратно, телепат с трудом сдержал улыбку. Второй важно кивнул и убежал в дом. Взлетела и опустилась за его спиной плотная занавеска, заменяющая дверь. Женщине, вышедшей на порог через минуту, было лет под шестьдесят, наверное. Годы ее не пощадили - солнце выбелило волосы, ветер высушил кожу до морщин, когда-то гибкая спина ныряльщицы согнулась под грузом прожитых лет.

- Старая Нанзин - это я, - нескольких зубов у женщины не было, так что слова выходили не вполне членораздельные, но понятные. - Почто дитев пугаете?

- Хороший день, Нанзин. Мое имя Рауль да Оро, я из Гильдии Справедливости. Мои друзья хотели задать вам несколько вопросов, - телепат склонил голову.

- Это неправда, - заявила старуха.

- Что, простите? - недоуменно нахмурился Рауль.

- Я никого не убивала.

- О, нет. Мои друзья просто собирают истории. Уверен, вам есть, что рассказать о парящих и подводном мире.

Нанзин недоверчиво посмотрела на незваных гостей, потом развернулась к ним спиной. Хотя, учитывая ее согбенность, скорее несколько другим местом.

- Проходите. Неча на улице разговаривать.

Домиры прошли в просторную гостиную и устроились на подушках вдоль одной из стен. В комнату снова заглянули пацаны, бабушка, притворно нахмурив брови, шуганула их прочь.

- Спрошайте, сынки, - кивнула она.

19 день асты тьмы, начало рема духа

- Как я уже сказал, самые мощные энергокамни я видел в Университете. Там можно спрятать, что угодно, не только сущность. А если смотреть по жертвоприношениям... пару лет назад мои союзники убили некроманта на одном из островов свиты Терра-Нессуно. У него в башне много всего интересного было, - коротко рассказал сумеречный, не открывая глаз.

О, да! Поменьше проблем на работе! Побольше отдыха и вдохновения! Ты нам нужен

С днем рождения!

19 день асты тьмы, середина рема огня

- Давайте по порядку, - решил Рауль. - Мы вчера уговорили Бертолдо показать нам свою коллекцию. Правда, возникли некоторые сложности. Нам следует завершить дела в городе за пару октад, потом могут начаться проблемы. Так вот, мы видели жемчужину, и Эмилю с Нориной удалось применить заклинание. Эмиль, расскажи подробнее, что ты видел.

С днем рождения!

Очень рада, что к нам на проект пришел активный и интересный игрок. Желаю много захватывающих игр и удовольствия!

Horeshin, "новичок" — это преходяще. Был бы человек хороший

2 день асты разума 2447 года от Основания Империи, вечер

Дни, наполненные учебой и бесконечными тренировками, сменялись ночами, по-летнему короткими. Да, весна незаметно сменилась летом, в ночном небе правила Корона — созвездие Делоры Золотой.

И почти каждую ночь звезды скрывались в тени темно-фиолетовых крыльев. Дарина летала много, очень часто, очень старательно - но Бена носила только дважды в октаду, на занятиях всадников. И, надо сказать, что получалось у нее с каждым разом все лучше. Драконица перестала напрягаться каждый раз, как нужно было подниматься в воздух со всадником, и не замыкалась, если вдруг Бен все же слетал с ее спины - хотя вновь такое случилось только единожды, на втором их совместном занятии, после этого она больше не забывала о том, что нужно его постоянно контролировать. Бен старался ей помогать, разговаривал с ней - и она отвечала, сперва невпопад, не сразу, потом, привыкнув к нему, все легче. В математике и магии она, к сожалению, разбиралась плохо, зато юноша нашел в ней чудесного собеседника на темы об искусстве, истории, даже этикете. С ней можно было тренироваться в языках, но делать это мысленно было неудобно - они оба привыкли думать на имперском, и было сложно перестроить мысли на чужой язык.

В свободный "обеденный" рем Бен продолжал заниматься с преподавателями. Сложнее всего ему давалась - да-да, как раз математика. Даже магия, после того, как он нашел для себя подходящую аналогию происходящему, стала более понятной. Но - только на уровне воспроизведения уже готовых плетений, которые они разбирали одно занятие за другим. Для создания новых у юноши пока не хватало ни знаний, ни опыта. Ни, признаться, времени тоже. С остальными предметами проблем было меньше: любознательный молодой человек схватывал знания буквально на лету, а преподаватели старались ему в этом помочь.

Какие-то математические формулы ему объясняла Тина - несколько раз за эти две октады он приходил к ней в гости. Отца девушки он больше не видел, а ее мать явно не была против встреч дочери с молодым гвардейцем - хотя сейчас Бен еще был учеником. Они уходили из дома, устраивались где-нибудь у фонтана с блокнотом. Бен спрашивал - Тина отвечала, стараясь подобрать понятные ему примеры. Удавалось, конечно, не всегда, но девушка очень старалась - ей это тоже было полезно. Не всегда логичные, а подчас и каверзные вопросы юноши помогали ей самой лучше разобраться в материале. Бен заметил, что она становилась колючей, когда речь заходила о гвардии Императора, и догадывался, что источником этой горечи был ее отец - наверное, девушка неосознанно усвоила его точку зрения. Но в то же время - она дружила с девушками-массажистками, которые работали в банях, и с Беном тоже, а когда не нужно было высказывать свое отношение к свободным, становилась милой и отзывчивой.

Занимался с Беном и Фернан, даже несмотря на занятость. Юный Император тоже много учился, а еще занимался делами государства. Конечно, у него был Совет Кланов и Дарий, но дракон-советник приучал Фернана принимать решения самостоятельно - а для этого нужно было очень много знать и уметь анализировать. Император не жаловался, хотя иногда возвращался домой еще более измотанным, чем Бен. С Советом Кланов ему удалось договориться, но катастроф больше не случалось, что, разумеется, радовало всех. И порой у Фернана оставались вечером силы, чтобы понаблюдать за тем, как Бен садится в рунный круг и пытается освоиться со своей силой. Магу нравились эти вечерние посиделки, в это время он терял свой ореол власти, снова становясь простым парнем, ровесником Бена, и было так просто задать ему любой вопрос - и получить вдумчивый, спокойный ответ.

А если Фернан не мог ответить будущему гвардейцу, оставался его наставник. Мудрый дракон всегда терпеливо выслушивал даже самые сбивчивые объяснения Бена и обязательно подсказывал, где он может найти ответ. Или, садясь в кресло-качалку у камина, начинал рассказывать сам, и его облачно-серые глаза туманились воспоминаниями, и Дарина садилась рядом, и замирал, вслушиваясь, Фернан.

День за днем Бен привыкал к новому дому. Здесь к нему относились, как к родному, хотя, конечно, вряд ли он забыл свою сумью. Но его родных больше не было, и это нельзя было исправить, а он - жил дальше. И эти домиры - каждый по-своему - становились ему близки. Но, к сожалению, так было не у всех спасенных. Бен бывал у них, у тех детей, кого спасли от странных тварей в той деревушке. У них и в самом деле была пища и кров, им старались помочь вернуться к нормальной жизни. Но не все были готовы простить. Тот мальчишка, который кричал, что ненавидит Гвардию, был не единственным. Были и другие, те, кто обвинял Императора в промедлении. Почему Гвардия пришла так поздно? Почему не успела спасти остальных? На этот вопрос ни у кого не было ответа. И этому не было оправданий - хотя и не было на Императоре вины, смерти его подданных ложились на его плечи дополнительным грузом. И можно сколько угодно говорить, что нельзя спасти всех - тем, чьих близких не спасли, от этого не легче. Император молчал, за него говорил Правитель - высокий, красивый угасающий с потрясающе красивым голосом. Он неоднократно выступал перед теми, кто возмущался бездействием Императора, и убеждал домиров, что они ошибаются, что Император и Совет Кланов делают все возможное, чтобы предотвратить повторение подобных катастроф в будущем. И ему верили, конечно, не могли не верить. Дарий говорил, что Правитель делает все возможное, чтобы успокоить домиров и предотвратить панику, которая бы только усугубила ситуацию.

Впрочем, почти все это проходило мимо Бена. Он слышал кое-что от Дария и, в меньшей степени, от Фернана, совсем чуть-чуть от других учеников Школы. У него не было времени бродить по городу и прислушиваться к настроениям домиров. Он учился. И его группа училась вместе с ним. Конечно, до Алайо и Дамиана юноше было еще далеко, но эти двое сильно опережали остальных, и тянуться за ними было совсем не стыдно. А остальных Бен понемногу догонял. Общаться с одногруппниками было легко. Клэр оказалась вовсе не заносчивой. Эмель была попросту задумчивой и даже стеснительной. Алайо по-прежнему старался избегать домиров, но одногруппники перестали избегать его. Даже Дамиан казался частью их... будущего отряда? Молодой эльврин явно претендовал на лидерство, и никто особо это не оспаривал - он действительно знал и умел больше, чем почти все они.

И все же, в воздухе витало что-то... непонятное. То ли ожидание. То ли предчувствие. То ли напряжение. Оно пахло солью - и пеплом...

Был вечер второго дня лета. День жизни, четвертый день учебной октады - и второй на октаде день занятий всадников. Сегодня Бен с Дариной попробовали маневрировать - осторожно, на небольшой скорости - и драконице удалось удерживать своего всадника. Приземлившись, она гордо фыркнула и покосилась на Пламенного. Кажется, оранжево-красный дракон одобрительно кивнул. Один за другим драконы спускались, снова становясь людьми, но Закатный не спешил отпускать их.

- Друзья, - заговорил он, когда все вернулись с небес на землю. - Как вы знаете, в конце асты, перед летним изломом, будет экзамен для тех, кто готов перейти на следующий круг обучения. В этом году так же объявлено состязание драконьих всадников, участвовать могут все желающие. Я прошу вас обсудить в парах этот вопрос и заявляться.

По просьбе игроков выкладываю примерное расположение островов. Это не все острова свиты, если что.

[attachment=6206:Острова_...ра-Песке.png]

18 день асты тьмы, конец рема духа

Парень побледнел.

— Как... смыло? — пролепетал он потрясенно. Вскочил и умчался прочь из зала, куда-то вглубь здания. На имперцев дружно покосились.

14 день асты тьмы, конец рема огня

Плавание продолжалось, оставалось около суток плавания. Погода была благоприятной, солнце светило в этих местах совсем по-летнему, с каждым днем становилось все теплее. Имперцы скидывали утепленные плащи, здесь в них не было нужды. Комфортнее всех было Эллине - блузку можно было снять, но шелк очень приятно холодил кожу, да и кожа платья лежала к телу невероятно приятно.

День прошел привычно - Рауль отвечал на вопросы Норины, если они возникали, Джеида много читала, Эмиль с Дианой разминались с ножами на палубе, Мран одобрительно дремал рядом. У Эллины было много времени на то, чтобы разобраться в себе и привести собственные эмоции в порядок.

15 день асты тьмы, середина рема духа
Терра-Песке

Ночью море тоже было совершенно спокойно, легкое волнение совершенно не мешало спать, только укачивало, навевая приятные сны. Шхуна шла под одним парусом, лениво перескакивая с волны на волну. А когда все проснулись, на горизонте уже показался далекий берег.

С корабля они сошли в начале рема духа, капитан попрощался вежливо, но сухо. Впрочем, Рауль тоже перестал часто улыбаться, словно учтя совет Норины. Он задал капитану один вопрос, и тот молча ткнул пальцем. Телепат поблагодарил кивком и первым ступил на берег. Несмотря на утро, было довольно жарко. У причала покачивались рыбацкие суда, с них разгружался прямо на берег утренний улов, вездесущий аромат рыбы плыл в нагретом воздухе. На побережье колыхали огромными листьями непривычные деревья - здесь зимой и не пахло. Домиры тоже были одеты непривычно - не так, как имперцы, и не так, как моряки. Мужчины носили широкие шаровары и длинные халаты, на женщинах были шаровары или юбки, а сверху те же халаты, только гораздо короче. Многие женщины прятали волосы и нижнюю часть лица под большими платками, оставляя только глаза. Лумрина здесь была диковиной, на нее оборачивались многие... Эллине, впрочем, было все равно.

Рауль привел их к таверне под названием "Жемчужница", внутри оказалось чистенько и малодомирно - впрочем, время завтрака было уже позади. Оглядевшись, телепат направился к сидящему в уголке молодому человеку.

- Хорошее утро, вы ведь Лоренс, верно? Мое имя Рауль, вас должны были предупредить о нашем приходе, - он улыбнулся мягко и доброжелательно.

Лоренс пришел из темы "Искатели надежды" - Пойди-найди тут ножичек

Это правда, со злыми персонажами мастеру тяжело. Партия — это общая цель и взаимная поддержка, у злых персонажей с этим проблемы

Все перечитывать не надо. Для базового знакомства достаточно players handook или rules compendium.

Пожалуйста фишка в том, что кидать можно разноразмерные кубики, а бонусы добавлять раздельно
например


Количество бросков: 1

Хорошая ночь и добро пожаловать.
Вот код для кубика:

Количество бросков: 1

10 день асты тьмы, начало рема тьмы

— Мда, парень, — прошелестел из стены негромкий голос лумрена. — Хочешь, я закрою глаза?

Глаза он и правда закрыл, но его удар остался уверенным и мощным, даже сейчас Эмиль не мог отразить его. А потом стену заволокла непроглядная тьма, и контакт с оружием лумрена пропал — он куда-то бесшумно сместился и словно бы растворился в темноте.


Количество бросков: 4

10 день асты тьмы, начало рема тьмы

— Давно, ага, — покивал Мран, таращась на Деллира. — Мне уже рассказали, что этот... главнюк этих... неправильных дроу тебя под них перекрасил.

— Да, — кивнул Норине Рауль. — Что, не похож?

Вообще говоря, на республиканца он был похож, разве что загар подвел, но зимой это никого не удивит. И на нобиля был похож, когда не улыбался.

— Хочешь особенную программу, парень — будет вам особенная программа, — многообещающе ответил Деллир.

— Как насчет мы все против тебя? — предложил Рауль.

— Головастый, я смотрю, тебе в прошлый раз не хватило, — нехорошо прищурился лумрен.

— Только не по голове, — нарочито испугался телепат.

9 день асты тьмы, начало рема хаоса

- Я очень быстро взрослею, - пожала плечами Диана и слезла с Эмиля, позволяя юноше уйти. Но стоило ему выйти, как она негромко позвала: - Баю, вина.

Бутылка появилась на столе прямо из воздуха, с бокалами, правда, были сложности, но кружки их неплохо заменили.

Норина пришла из темы "Искатели надежды" - В плену по собственной воле

9 день асты тьмы, середина рема воды

Господин вывел Норину в город через портал и как-то по-особому сложил пальцы. Маска на нем пропала, черты лица изменились, только глаза остались прежними — пронзительно синими.

— Зови меня Раулем, — предложил он со знакомой улыбкой. Голос у телепата тоже изменился, стал немного ниже, но манера речи осталась прежней, доброжелательной.

На этот раз они оказались в Оранжевом районе — огромном царстве магазинов и лавок. Был поздний вечер, некоторые были уже закрыты, но большая их часть работала круглосуточно. Со всех сторон их окружили яркие вывески, ароматы, визуальные и звуковые эффекты.

8 день асты тьмы, конец рема хаоса

Эмиль

Норина, Эмиль

- Помочь? - мурлыкнула лумрина.

- Справлюсь, - холодно ответил лумрен.

Устроившись на стуле, он разделил волосы на четыре пряди и начал плести косу привычными ловкими движениями. Диана чуть хихикнула.

- Дел, это не та коса, - заметила Леди.

Сумеречный пробежался пальцами по косе, нахмурился и расплел ее, начал плести заново.

- Дееел! - позвала лумрина, тоже смеясь. - Снова не та.

И тут стена разъехалась, пропуская в комнату Эмиля и Арката. Деллир встретил их откровенно злым взглядом.

8 день асты тьмы, конец рема тьмы

Сумеречный на мгновение замер, слегка ошарашенный такой сменой намерений, потом решительно обнял девушку и ответил на поцелуй. Нож из его руки исчез так же незаметно, как и появился.

Вот только мир не захотел ждать.

- Эллина, что ты себе позволяешь! - возмутился Карлиик. - Мой лорд, отпусти ее немедленно! Она еще дитя!

Руки Деллира разжались, он отстранился.

8 день асты тьмы, конец рема тьмы

Сумеречный на мгновение замер, слегка ошарашенный такой сменой намерений, потом решительно обнял девушку и ответил на поцелуй. Нож из его руки исчез так же незаметно, как и появился.

Вот только мир не захотел ждать.

- Эллина, что ты себе позволяешь! - возмутился Карлиик. - Мой лорд, отпусти ее немедленно! Она еще дитя!

Руки Деллира разжались, он отстранился.

8 день асты тьмы, середина рема тьмы

- Мои лорды, - Таг'зуру не было дела до того, что творится в покинутой им ложе, - позвольте вам представить. Перед вами первый клинок Серого клана, известный в Империи под прозвищем Убийца Магов. Мой сын.

- Не может быть! - прошептал Джош.

"Невозможно", прошелестело по рядам ошеломленно. Если бы Деллир сейчас возразил, хоть словом, ему бы поверили многие. Но его руки легли на рукояти клинков Лорда так привычно, с такой уверенностью, что сомнений не осталось - это его оружие. Клинки казались частью его тела, словно подстраивались под него, и движения лумрена обрели ту запредельную, невозможную, смертоносную грацию, которой был знаменит Убийца Магов. Он бросил взгляд на ложу ультрина, но почти сразу сосредоточился на отце.

И вовремя. К нему уже мчалось первое заклинание. Деллир скрестил клинки, прищурился - огненный шар растаял в воздухе, не причинив ему вреда. Позади немедленно выросло что-то темное - лумрен крутанулся, разрубая столб тьмы. И шагнул к ультрину. В него били заклинания, одно за другим - и далеко не все он мог отбить даже своими клинками из чистого дростана. Но он шел вперед, словно танцуя с враждебной магией. Проскальзывая мимо одних заклинаний, уничтожая другие... и попадая под третьи. Таг'зур, не сумев его приморозить, поднялся в воздух, окружив себя мощным щитом, и закидывал сверху всеми доступными ему стихиями. Это выглядело еще более безнадежным, чем бой с эйном. До эйна Деллир хотя бы дотянуться мог, а ультрин был для него недоступен. Отпрыгнув в сторону от очередного шарика энергии, изгнанник убрал свои знаменитые черные мечи и потянулся за метательными ножами - они один за другим ударились о щит и бессильно вернулись в пославшую их руку. Таг'зур рассмеялся, рядом с воином вспыхнула знакомая Эрелинде сфера темного пламени, загудела, медленно разрастаясь. А Деллир... он замер, всматриваясь в своего противника. Стало ясно, что счет пошел на секунды - сейчас вспыхнет всепоглощающее пламя, и от эдлерна, рискнувшего пойти против воли своего ультрина, не останется ровным счетом ничего.

И тогда в зрачках Деллира вспыхнул золотой вихрь, мгновенно разросся, залил радужную оболочку, выплеснулся за ее пределы, затянув целиком глаза золотой пеленой боевого безумия. И время послушно замедлилось. Быстрые пальцы воина на ощупь нашли на поясе крошечный пузырек, хранимый на самый крайний случай - такой, как сейчас. Один из ножей пронзил флакон, блеснул на мгновение какой-то жидкой субстанцией - и сорвался в полет сразу следом за братом-близнецом. Зрители затаили дыхание. Можно было ожидать, что ножи, как и в прошлый раз, просто отлетят от щита... но первый нож словно вонзился во что-то невидимое, и щит... лопнул. Второй нож вошел в грудь ультрина справа. Сфера внезапно погасла. И время, схлопнувшись, полетело дальше с прежней скоростью.

- Паралитик, - прислушавшись, произнес ультрин, медленно снижаясь. - Туше. Если бы ты использовал что-то смертельное, я бы уже умирал. Вы видели все. Говорите, - обратился он к зрителям.

Эйны один за другим склоняли головы. А за спиной ультрина полыхал золотом боевой трансформации его сын... и не атаковал!

- Тьма и тени, не думал, что доживу! - с тихим восхищением выдохнул Карлиик.